Министр финансов Антон Силуанов, выступая на ПМЭФ, фактически подтвердил неизбежное ухудшение экономической ситуации. По его словам, параметры федерального бюджета на 2026 год будут пересмотрены в сторону негативного сценария. Плановый дефицит в 1,6% ВВП (около 3,8 трлн рублей) уже недостижим.
Реальность оказалась тревожнее: дефицит возрастёт, признал министр, избегая точных цифр. Но статистика неумолима — только за первые четыре месяца 2026 года разрыв между доходами и расходами достиг 5,8 трлн рублей, или 2,5% ВВП. Это почти на 3 трлн больше, чем годом ранее, и уже на 55% превышает годовой план. Главные причины — опережающее финансирование расходов на фоне низких темпов экономического роста и падения цен на энергоносители.
Силуанов попытался сгладить ситуацию: корректировка, по его словам, не потребует кардинального увеличения госзаимствований. Ведомство намерено удержать их на уровне 5,5 трлн рублей. Любое возможное повышение, заверил министр, будет несопоставимо с прошлогодним скачком.
На вопрос о том, за счёт чего будут латать дыры, Силуанов назвал стандартный набор: резервы и продажа госактивов. В более отдалённой перспективе — выход на нулевой структурный дефицит к 2029 году. Для этого потребуется жёсткая работа с расходами. При этом власть сохранит приоритеты: безопасность, технологии и социалку. Все остальные статьи ждёт суровая оптимизация.
Заявление Силуанова — редкий случай публичного признания того, о чём уже несколько месяцев говорят цифры: бюджетная система входит в зону турбулентности, сопоставимой с кризисными периодами прошлых лет. Обещание «незначительного» роста дефицита расходится с реальным провалом первого квартала — план перекрыт более чем наполовину. Привычные инструменты (резервы и приватизация) исчерпаемы, а обещанная оптимизация социальных статей, кроме трёх «священных коров», неизбежно ударит по миллионам граждан.
Главный вывод: правительство выбирает не борьбу с дефицитом, а попытку сделать его привычным — с расчётом, что к 2029 году удастся хотя бы остановить сползание. Вопрос лишь в том, выдержит ли экономика три года такого пути.
