Бернардо Бертолуччи, чье 85-летие мир отмечает 16 марта, был одним из столпов итальянского и мирового кино. Родившись в семье поэта и кинокритика, он с юности впитал любовь к искусству. В 15 лет он дебютировал со стихами и получил престижную литературную премию задолго до первых режиссерских опытов. Однако магия кино, которую он впервые ощутил через объектив любительской камеры, оказалась сильнее.
Бросив философский факультет, начинающий режиссер отправился на съемочную площадку к Пьеру Паоло Пазолини, чье мировоззрение и творческий опыт произвели на него неизгладимое впечатление. Уже в ранних работах Бертолуччи проявил редкое умение говорить о большом через малое — о политических бурях через смятение отдельной души. Эта тема станет лейтмотивом всего его творчества. Режиссер смело исследовал природу власти, насилия и желания, облекая свои идеи в форму, которая завораживала визуальной красотой и одновременно провоцировала зрителя, заставляя испытывать глубокий эмоциональный дискомфорт.
Скандальная слава закрепилась за ним после «Последнего танго в Париже» (Ultimo tango a Parigi, 1972), где сексуальность стала метафорой тотального отчуждения и боли. Этот фильм не только произвел фурор, но и спустя годы вызвал серьезную этическую дискуссию о методах работы режиссера на съемочной площадке. Вершиной его раннего периода стала грандиозная эпопея «Двадцатый век» (Novecento, 1976) — монументальное полотно о судьбах Италии, повествующее об истории двух друзей, крестьянина и землевладельца, которых блестяще сыграли молодые Жерар Депардье и Роберт Де Ниро.
К началу 1980-х Бертолуччи, столкнувшись с критикой и ощущая, что ему стало тесно в рамках национального кинематографа, отправился покорять мир. Это принесло ему главный голливудский триумф: «Последний император» (The Last Emperor, 1987) завоевал девять «Оскаров», что сделало эту картину самой титулованной в его карьере. Успех лишь укрепил его интерес к восточной философии. В «Маленьком Будде» (Little Buddha, 1993) он с присущей ему живописностью исследует духовные традиции Востока, а личное увлечение буддизмом становится для него новым этапом в поисках ответов на вечные вопросы.
Затем последовало возвращение в Европу. Сначала — «Ускользающая красота» (Stealing Beauty, 1996) с Лив Тайлер, а позже — «Мечтатели» (The Dreamers, 2003) с Евой Грин — ностальгический и чувственный манифест, возвращающий зрителя в Париж 1968 года. В этом фильме, пронизанном киноцитатами и отсылками к бунтарской эпохе, Бертолуччи словно подводит черту под временем своей молодости, размышляя о том, как сексуальная революция и политический протест переплелись в сознании целого поколения.
Бернардо Бертолуччи остался в истории не просто как провокатор или певец запретных тем. Он был глубоким и тонким художником, для которого кино стало способом исследовать время, историю и, главное, человека — вечно мечущегося между страстью и идеологией, любовью и смертью.
