Национализация в России набирает обороты, превращаясь в новый экономический тренд. Недавний переход аэропорта «Домодедово» в государственную собственность вновь поднял вопрос: не пора ли вернуть под контроль государства целые отрасли экономики? Власти больше не говорят о приватизации — теперь в повестке дня обратный процесс.
Министр финансов Антон Силуанов, отвечая на вопрос о возможной национализации золотодобывающей отрасли, заявил, что пока в этом нет необходимости. Однако он подчеркнул, что частный бизнес должен оставаться под строгим государственным контролем. При этом окончательные решения о передаче компаний государству принимаются не Минфином, а на более высоком уровне.
Президент Владимир Путин, комментируя ситуацию с «Домодедово», отверг термин «национализация», назвав переход аэропорта в госсобственность результатом длительного процесса. Он также отметил, что, несмотря на несправедливости приватизации 90-х, массовый пересмотр ее итогов стал бы еще большей ошибкой. Тем не менее правовые рамки национализации до сих пор не определены.
Главная проблема — в отсутствии четких правил. Государство может быстро принять любой закон, но будет ли столь же оперативно создана прозрачная правовая база, регулирующая национализацию? Бизнес нервничает: если компанию, находившуюся в частной собственности, можно изъять за несколько дней по формальному поводу, какие гарантии есть у остальных?
Еще один важный аспект — защита прав миноритарных акционеров. Национализация публичных компаний затрагивает интересы тысяч инвесторов, которые должны быть гарантированно учтены. В случае изъятия активов государство должно в полном объеме выполнить все финансовые обязательства перед акционерами.
Исторический опыт показывает, что огосударствление собственности — тупиковый путь развития. Но и точечная национализация должна быть исключением, а не правилом, проводиться прозрачно и по четким критериям. Если этого не сделать, неопределенность будет только расти, подрывая доверие к экономике.
