Россия наращивает финансовую помощь другим странам, планируя в ближайшие три года выделить кредиты на 1,8 триллиона рублей. Это на 14% больше, чем в предыдущие годы. Средства направят на инфраструктурные проекты и закупки российской продукции: Иран получит заем на железную дорогу, Вьетнам — на военную технику, а Египет — на строительство атомной электростанции.
При этом ожидаемые возвраты по старым долгам несопоставимы с новыми расходами. За тот же период в бюджет поступит всего 708 миллиардов рублей. Такой дисбаланс объясняется спецификой межгосударственного кредитования: займы часто выдаются на срок до 25 лет на льготных условиях. Например, по крупным проектам вроде АЭС основные платежи начинаются только после ввода объекта в эксплуатацию, а это может занять от 7 до 10 лет.
Официально эта политика направлена на поддержку национального экспорта и укрепление позиций российских компаний за рубежом. Финансируя масштабные проекты, государство обеспечивает загрузку российских предприятий и укрепляет экономические связи. Основные получатели кредитов — страны ЕАЭС, Азии, Африки и Ближнего Востока.
Между тем по данным на конец 2022 года, совокупный долг иностранных государств перед Россией составлял около 28,9 миллиарда долларов. Крупнейшими должниками являются Белоруссия, Бангладеш, Индия, а также уже называвшиеся Египет и Вьетнам. По сути, кредиты являются не столько экономическим, сколько геополитическим инструментом — платой за лояльность и способом приобрести влияние.
Такой курс вызывает критику на фоне нерешенных внутренних проблем. Возникает резонный вопрос: почему мы вкладываемся в чужие атомные станции, когда в российских регионах школы находятся в аварийном состоянии? Эти триллионы могли бы пойти на новые дороги и больницы здесь, дома. И не получится ли так, что когда придет время возвращать долги, выяснится, что дружба была односторонней?
