Октябрьский районный суд Самары удовлетворил ходатайство Генпрокуратуры и наложил арест на многомиллионное имущество семьи Александра Ефанова — бывшего председателя Шестого кассационного суда общей юрисдикции. Под обеспечительные меры попали два десятка объектов недвижимости — квартиры и земельные участки, а также премиальные автомобили BMW, Lexus и Land Rover.
Суть претензий надзорного ведомства: занимая высокий пост, Ефанов в 2008–2012 годах обеспечивал вынесение заведомо неправосудных решений, которые позволили которые позволили вывести из-под охраны земли лесного фонда в Самарской области. По версии следствия, из лесного фонда исключили участки общей площадью более 8 тысяч гектаров — это фактически открыло «зелёный свет» для их коммерческой застройки.
Статус судьи Ефанов утратил ещё в 2023 году, а в 2024-м прокуратура добилась возврата значительной части незаконно отчуждённых территорий. Однако ущерб от передачи застройщикам 72,4 гектара оказался колоссальным — его оценили в 1,192 миллиарда рублей. Именно эту сумму теперь намерены взыскать с экс-судьи. Часть выведенных угодий оказалась в собственности подконтрольной семье компании, а небольшой участок бывший председатель кассации оформил напрямую на себя.
Подобная практика становится системной: изъятие активов у высокопоставленных служителей Фемиды, записанных на родственников и доверенных лиц, набирает обороты. Ранее в доход государства уже обращены 97 объектов недвижимости бывшего судьи Верховного суда Виктора Момотова, конфисковано имущество председателя Краснодарского краевого суда Александра Чернова и главы Верховного суда Адыгеи Аслана Трахова. Похоже, для судейской элиты наступает эпоха финансовой ответственности — и должности больше не спасают от тяжести содеянного.
Дело Ефанова — это не рядовой коррупционный эпизод, а знаковый прецедент, демонстрирующий смену парадигмы в отношениях между государством и высшим судейским корпусом. Если раньше статус судьи воспринимался как принадлежность к касте «неприкасаемых», то теперь масштабные имущественные взыскания и уголовные иски становятся правилом, а не исключением.
Тот факт, что под удар попадают не только личные активы, но и собственность семьи, говорит о новом уровне юридической проработки таких дел. Однако главный вопрос остаётся открытым: сможет ли государство вернуть не только деньги, но и сами земельные участки, а также реально обеспечить восстановление зелёного фонда региона, или же эти потери уже невосполнимы?
